chest_i_razym (chest_i_razym) wrote,
chest_i_razym
chest_i_razym

Categories:

Роковая ошибка Витте

А.ПЫЖИКОВ (доктор исторических наук, профессор РГГУ): И вторая узловая точка, которая отразилась на судьбе всей Российской империи - это конец 19-начало 20 века, связанное с изменением курса царизма. В чём, собственно, это было изменение? Конечно, протекционистский тариф был высоким, он оставался высоким. Министр финансов Витте, который стал к тому времени министром финансов, не покушался, естественно, на него. Но он выдвинул следующую идею, которую олицетворял собственной персоной. Идея состояла в привлечении иностранного капитала в объёмах невиданных ранее. Логика была простая: "Русское купечество - хорошее, никто не говорит. Но ждать, пока они достигнут нужных кондиций, когда они вырастут, можно очень долго. Мы безнадёжно отстанем от Запада. Поэтому нужно немедленно сделать рывок. Нужно сюда открыть ворота для иностранного капитала прежде всего. Пусть они приходят сюда, оборудуют производства, предприятия, делают какие-то промышленные активы. Это позволит сделать рывок вперёд. А купечество? Хорошее, но пусть подождёт". То есть тем самым им указывалось на вторую роль. А они претендовали на самую главную скрипку в экономике.
http://www.echo.msk.ru/programs/victory/1012656-echo/#element-text

Собственно о чем идет речь? РИ во второй половине 19 века поняла, что выжить в 20 веке можно только будучи капиталистической страной, а не феодальной сырьевой державой. Времена меняются, либо мы будем меняться, либо нас съедят немцы, французы, англичане и прочие капиталистические страны. Но как из феодализма перепрыгнуть в капитализм?

В любой феодальной стране несмотря на отсутствие рынка существует торговля. Она существует хотя бы потому, что нужно продавать сырье на экспорт и покупать за выручку французские булочки, шампанское, механизмы, машины и технику. Плюс благодаря размерам Россия перекрывает несколько торговых путей из Азии в Европу. Ну, а внутри державы то зерно, что не съели и не вывезли нужно продать винокурням, а бухло продать труженикам. То есть торговый капитал даже в отсталой России был. Был и промышленный капитал, но он сидел на госзаказах и в общем-то был бюрократическим продолжением государства, и на него нельзя было опираться как на самостоятельную силу в деле преобразования РИ в капиталистическое государство. Так уж получилось, что в России гонимы были не только евреи, но и старообрядцы, и из-за внешнего давления властей и населения и благодаря иной морали эти люди смогли занять существенную долю в торговле РИ. Они консолидировались и в принципе готовы были поднять Россиюшку с колен. Но было одно но. Купцы не обладали ни технологиями, ни серьезными капиталами. То есть, они не могли делать индустриализацию за счет внутренних сил, сил не хватало, и это совершенно верно замечает Витте (который вначале и был их ставленником). Что делать? Россия решила идти путем "заграница нам поможет" и полностью попала под влияние зарубежного капитала, что просто вычеркнуло русских капиталистов и их зародышей из экономической жизни страны. В итоге буржуазия развитых стран росла за счет РИ, а РИ так и осталась феодальным государством с тонкой прослойкой буржуазии и слабенькой концентрацией капитала.

Интересно, что примерно в это же время с аналогичными проблемами столкнулись и японцы. Феодальная экономика, плюс раздробленность, чрезвычайная технологическая отсталость. После обстрела американскими кораблями до элиты Японии наконец-то дошло, что надо создавать буржуазную Японию и открываться миру. Но Японцы то и пошли путем, который предлагали старообрядцы. Да, японским тоже олигархятам не хватало капитала, тогда государство взяло ресурсы с народа и феодалов и накачало капиталами известные и не очень торговые кланы, плюс была произведена приватизация феодальной экономики, и лакомые куски получили именно торговцы. На капиталы младояпонцы купили технологии, технику, машины, и отстояли право на развитие национального капитала.

На доходы от промышленности сегун, имевший право содержать собственные вооруженные силы, приобретал оружие и корабли у иностранных государств. Ивасаки было поручено работать этой сфере, и вскоре его деловые качества получили высокую оценку: из мелкого служащего он быстро превратился в высокопоставленного чиновника, ответственного за проведение закупок (внешторг).

Новое правительство, образованное в 1868 г. после революции Мэйдзи, не поощряло ведение коммерческой деятельности местными органами власти. Поэтому сегун Тоса был вынужден отказаться от бизнеса и передать его в частные руки. Ятаро Ивасаки сконцентрировал свои основные усилия на морских грузоперевозках. Он вступил во владение кораблями сегуна Тоса и, умело организовав их использование, стал успешно конкурировать с Yubin Jokisen Kaisha («Почтовой пароходной компанией»), являвшейся наполовину государственным, а наполовину частным предприятием. Ее бюрократические порядки мешали эффективной работе, поэтому она проявила нерешительность в вопросе помощи правительству в отправке в 1874 г. войск на Тайвань в связи с возникшими там политическими проблемами. Ведущие правительственные чиновники Тосимиши Окубо и Сигенобу Окума были возмущены такой медлительностью и обратились за помощью к Mitsubishi. Ивасаки сразу же высказал готовность доставить войска на Тайвань. Это сотрудничество укрепило доверие государства к Mitsubishi, и позволило Я. Ивасаки наладить тесные отношения с правительством, в особенности с Т. Окубой и С. Окумой, в результате чего и стал называться «политическим коммерсантом». В конечном итоге "Почтовая параходная компания" была расформирована, а её корабли были переданы Mitsubishi.

Дзайбацу (яп. 財閥, собственность) — японский термин, означающий «денежный клан» или конгломерат.

Он использовался c XIX до первой половины XX века для именования больших семей, контролирующих банковские и индустриальные объединения (картели, синдикаты). Четыре главных дзайбацу начали свою историю ещё в период Эдо. Это «Мицубиси» (яп. 三菱?), «Мицуи» (яп. 三井?), «Сумитомо» (яп. 住友?) и «Ясуда (англ.)русск.» (яп. 安田?)


Мы видим, японцы пошли правильным путем концентрации капитала с помощью государства у эффективных капиталистов, бывших торговцев или чиновников, связанных с торговлей. От Сталинской индустриализации японское чудо (особенно после второй мировой) отличается двумя важными факторами: 1. Капитал концентрировался у частника, и частник имел влияние на парламент и чиновников, подстраивая их под себя. В СССР капитал концентрировался исключительно в государстве и управлял им чиновник, которого могли назначить из конъюнктурных особенностей.
2. Япония была более менее открыта для мирового рынка и рынок был открыт для нее (за исключением периода войн и бойкотов). Тогда как СССР фактически превратился в единственного потребителя продукции, производимой в СССР. То есть не было рыночных механизмов оценки качества продукции. Обездоленные граждане СССР схавают все, что коммунисты выбросят на "советский рынок", конкуренции с импортом нет, и стимула улучшать качество нет. Расстрелы не спасают. То есть экономика СССР осталась в бесхозяйственных руках номенклатуры, чем подписала себе приговор.

Да, не все было так замечательно у японцев. После первичной концентрации капитала выяснилось, что перед Японией стала проблема сырья. Япония несмотря на быстрый рывок опоздала к разделу сырьевых колоний и в рамках мировой экономики как экономики колониальных империй была лишена как рынков сбыта, так и источников сырья. Японцы совершенно справедливо решили готовиться к войне в конечном итоге со странами Запада. Это после 2 мировой добрые американцы осознали, что отсутствие единого и открытого мирового рынка толкает страны на милитаризацию и войну. Осознали и открыли границы для тех стран, что сами открывают свои границы. В итоге японцы и корейцы получили наконец-то рынок сбыта и сырье для своей экономики.

Ну, а Россия обладала ресурсами и зависимыми странами, она вполне могла и до второй мировой, если бы поставили на национальный капитал, вполне себе успешно развиваться. Кагарлицкий говорит в своих книгах, что не могла и поэтому был нужен социалистический эксперимент. Хотя пример Японии, Турции, Китая, Ю Кореи, Финляндии говорит об обратном. Был! Был не социалистический путь перехода из феодализма в капитализм. Но вернемся к купцам, вместо спасителей России и локомотивом экономики, они превратились в пособников революции и начали самоубийственную помощь революционерам. Они конечно не знали, к чему эти революционеры приведут, как не знал и Витте о том, что совершил роковую для империи ошибку.

А.ПЫЖИКОВ: Либеральное движение на самом деле до конца 19 века представляло из себя довольно жалкое зрелище. Даже все те полицейские источники, которые отслеживали всё это, анализировали - они не скрывали своей иронии по отношению этого движения. Говорили, что там 10-15 человек способные на какие-то решительные шаги, остальные - это просто всё несерьёзно, опасений нет. Так оно всё оставалось. Попытки заинтересовать купечество какими-то либерально- конституционными проектами до начала 20 века ни у кого не удавались. Это абсолютно обречённые были попытки. Теперь ситуация изменилась. Купечество быстро и активно стало искать новые механизмы. Новые механизмы какие? Механизмы по ограничению самодержавия и правящей бюрократии, чтобы не было таких штук, как с ними проделал Витте, так примитивно говоря. Эти механизмы сразу были найдены. Они уже были в Европе апробированы давно, там они цвели. Это, такое вот, конституционное правление. То есть все законные права должны выражаться не верховной волей, а конституцией прежде всего. И правящая бюрократия не должна иметь монополию на управление. То есть парламентские формы должны ограничить её в реализации политики. Купечество увидело этот механизм и начало в него вкладываться...

Но всё изменилось в начале 20 века. И по этим полицейским отчётам уже к 1903 году, чувствуется, они наполнены тревогой. Они чувствуют, что что-то поменялось. Поменялось что? Возникла мода на либерализм, на конституцию. Возникла эта мода в обществе российском, интеллигентских слоях прежде всего.
Гораздо убедительнее если все эти идеи будут звучать на фоне взрывов, бомб и выстрелов из ружей. Тут им была нужна та публика, которая способна обеспечить этот фон. И купечество занимало, как я сказал, уникальное движение в оппозиционном движении. Оно общалось как с профессорами и земцами, которые были князья и графы, некоторые из них... И так же комфортно себя чувствовало с теми слоями, которые могли осуществлять эти террористические акты и что-то подобное...
Многие авторы указывали, что вся забастовочная волна в Москве начиналась с заводов и фабрик, которые принадлежали купцам. Механизм очень простой. Они выплачивали зарплату, но говорили, что можно не работать в этот день. Как вы понимаете, желающих было немало. Все с радостью в этом участвовали. Это поощрялось. Это инициировало всю эту забастовочную волну. Этот механизм давно уже открыт. Многие учёные об этом писали. В данном случае я просто обобщил большую часть того, что написано. Конечно же, не всё. Так вот, учреждение этой Думы состоялось. Да, Дума законодательная. На большее пока не претендовали.


М.СОКОЛОВ: Скажите, заговор Гучкова, военно-купеческий заговор, о котором ваши коллеги многие пишут, якобы против Николая и Александры Фёдоровной - всё- таки это миф или нереализованная возможность из-за такого спонтанного начала солдатского бунта в феврале 1917 года.

А.ПЫЖИКОВ: Конечно, это не миф. Вся последовательность действий в исполнении московского купечества убеждает в том, что к этому шли осознанно. Для этого были разные союзники - Гучков, Кривошеин... Кстати, когда Кривошеина в сентябре 1915 года царь отправил в отставку, то они о нём быстро забывают, всё московское купечество. Он уже для них становится никем. Они уже полностью настроены на расшатывание царского режима откровенно. И здесь же тема Распутина достигает своего апогея. Она так тлела, а теперь она становится мощным орудием, с помощью которого дискредитируется именно царская чета. Солдатский бунт, да, произошёл. Это в феврале 1917 года. Действительно был солдатский бунт. Конечно, они создавали всю ту атмосферу, при которой он мог бы произойти, но вряд ли они ожидали тех последствий.

М.СОКОЛОВ: И последнее, пожалуй, всё-таки хочется заглянуть в ненаписанное ещё вами за 1917 год. Почему же эти люди, которые так активно рвались к власти, не смогли её удержать?

А.ПЫЖИКОВ: Ну, да. Ну, во-первых, февральская революция 1917 года закончилась банкротством. Ей на смену пришла октябрьская и дальше... Ну, потому что всё-таки либеральный проект, который продвигала московское купечество - он потерпел полный крах, он потерпел фиаско. То есть перестройка государственной жизни на либеральных рельсах, конституционных, либеральных, как они хотели и считали, что это поможет России полностью не оправдалось. Народные массы оказались абсолютно глухи к этому либеральному проекту, абсолютно глухи. Они его не воспринимали. Они не понимали тех прелестей, которые для московского купечества были очевидны, политические прелести. У народных масс были совершенно другие приоритеты, другое представление о том, как им жить...
Tags: экономика, элитарные группы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments