chest_i_razym (chest_i_razym) wrote,
chest_i_razym
chest_i_razym

Category:

Латынина глаголит

Наиболее информативна вторая часть передачи(после 45 минуты). Там и про булочника и про институт насилия, что очень сильно перекликается с моей гипотезой одноприродности всех тоталитарных религиозных и политических движений. С некоторыми интерпритациями Юлии конечно не согласен, но историческую механику Латынина описывает неплохо. Вобщем, всем кому по душе мои политэкономические выкладки рекомендую.
слушать

Читать с моими комментариями:

Готовясь ко второму часу, я подумала, что раз есть второй час, то, значит, есть возможность поговорить о более общих вещах, нежели всего, что случилось за неделю. Я решила поговорить о такой штуке, которая называется «эффективность насилия». Эффективность насилия лжи.

Булочнику, который согласно Адаму Смиту и который, действительно, в Англии XVIII века пек булочки, получал прибыль и тем самым увеличивал еще общее благо. Очевидно, что не при всех условиях булочнику будет выгодно печь булочки. Например, будет невыгодно печь булочки, если вокруг будут террористы, которые будут все взрывать.

Булочнику также будет не выгодно печь булочки, если к нему каждую среду будет приходить грабитель как в станице Кущевской и его грабить. Будет выгоднее быть грабителем, а не булочником. Булочнику будет очень невыгодно печь булочки, если его обложат гигантскими налогами или если, обложив гигантскими налогами, у него будут вымогать взятку. Это стандартный случай в любых крупных репрессивных государствах. Большинство государств такого рода от этого и умирали.

Булочнику также не выгодно печь хорошие булочки, если он, допустим, выйдет замуж, ну, скажем, за дочку местного царя и местный царь дарует ему монополию на производство булочек. В таком случае булочнику будет выгодно печь не самые хорошие булочки, а, наоборот, самые плохие булочки, потому что все равно монополия и он максимизирует свою прибыль не тогда, когда печет что-то хорошее, а тогда, когда делает что-то очень дешевое.

Булочнику также будет не очень выгодно печь булочки, если к нему, скажем, придут бюрократы и скажут: «Парень, ты знаешь, мы с тебя денег не берем, мы с тебя взяток не берем, но, вот, мы считаем, что твои булочки должны быть только квадратными или, например, только прямоугольными. И вообще, вот тебе страница предписаний о том, как должны выглядеть твои булочки». В этом случае выгоднее быть бюрократом.

Кому-то покажется, что это очень экзотический вариант, что в таких странах бюрократов нет. Но я вам должна сказать, что в Европейском Союзе такие бюрократы есть. Совсем недавно, вернее, уже давно Европейский Союз издал предписание о том, что огурцы должны быть именно прямыми, а не кривыми. Ну, странно как-то – это сам покупатель вполне может определять, ему нужен кривой огурец или прямой. Зачем бюрократу об этом беспокоиться? Еще недавно ЕС издал предписания о том, что яйца нужно мерить на вес – не на штуки, а на вес. Ну, так, конечно, яйца станет в какой-то момент нести невыгодно, а станет выгодно работать бюрократом.

Вот несколько случаев, которые я перечислила, при которых булочнику не очень выгодно работать. Что объединяет эти случаи? Заметим, такая вещь, которая называется «группа интересов». В случае, когда булочнику невыгодно печь булочки, а выгодно быть грабителем или бюрократом, или зятем царя, существует некая группа интересов, которая в свою пользу перераспределяет общественное благо внерыночными методами.(по факту это прямая критика марксистских утопий АлексСворда)

Это очень важный момент, потому что у нас очень много людей есть, которые говорят, что важна роль государства. И у нас, особенно в России очень часто сторонники и противники государства делятся на государственников, которые утверждают, что тот булочник должен быть построен и вообще государство должно производить булочки, только тогда будет хорошо. Это, очевидно, не так, потому что, вот, в Советском Союзе производили булочки и ничего хорошего из этого не получилось. И людей, которые считают, что рынок все решит сам, вот, главное – предоставить все обществу, а булочник сам выживет. Ответ: без государства булочник не выживет. Без государства к нему придет грабитель и все отнимет. Это очень важный момент, это момент того, как понимать сильное государство. (под тегом экономика я как-то приводил задачи государства, очень похоже)

Я лично очень большой любитель сильного государства – не демократ, именно любитель государства. И под сильным государством я понимаю государство, способное защитить булочника от различных групп интересов, как от грабителей и террористов, которые делают невыгодным печь булочки, так и от, собственно, чиновников, которые являются другой группой интересов, которые могут булочника уничтожить.

Вот эта роль государства, на мой взгляд, мне особенно, знаете, почему важна? Я не рассмотрела еще один случай – я сейчас о нем коротко скажу. Это когда общество считает, что булочник должен раздавать свои булочки даром. Тогда тоже рыночная экономика невозможна. Вы мне скажете, что это совершенно невероятный случай, что таких обществ не бывает. Отвечу: такие общества составляют бóльшую часть обществ человеческой истории. Еще 2 века назад их можно было легко заметить где-нибудь на Тробриандских островах или у североамериканских индейцев. Ну а много тысячелетий назад они существовали везде. Эти общества исповедуют то, что Карл Полани называл «даровой экономикой». И, в целом, любое первобытнообщинное общество исповедует то, что называется «первобытный коммунизм», когда даже если человек является производителем чего-то, вот, он много батата посеял, то считается этим обществом, что он весь этот батат потом должен раздать. Это не значит, что человек в процессе раздавания батата не получает какой-то сдачи. Он получает сдачу, эта сдача называется влияние, сила, он становится вождем, его уважают. Но в первобытных обществах очень часто вождь – это человек, который все должен раздать. Понятно, что тут сильно булочником не станешь.

Так вот, это я к тому, что мы видим, что без государства нет никакого прогресса и нет никакого рынка.(привет, самому молодому левому течению - либертарианцам)

Когда государство не существует, а вместо этого существует первобытный строй или племена, или что-то такое, то никакого рынка по определению не складывается, потому что рынок не возникает сам по себе. А рынок должен иметь своим защитником очень сильное государство, которое, с одной стороны, отгоняет от булочника бандитов, а с другой стороны, отгоняет от булочника самих представителей государства, что, оказывается, еще гораздо сложнее.

Есть страны, в которых капиталом является капитал, и те, в которых капиталом является насилие. (это следует совершенно крепко запомнить, ибо третьего не дано)

То есть насилие не становится капиталом, если оно происходит тайно. Вот, если ты вздумаешь похищать... Скажем, в США хозяйствовать так, как хозяйствовала банда Цапков в станице Кущевской, то ты, во-первых, этого не сможешь сделать, а, во-вторых, обратите внимание, что в станице все это было явно, все знали, какие это крутые чуваки. То есть вот эта явность насилия – она является одной из наиболее необходимых черт.

В Конго уже много лет, почти 2 десятка лет идет война, которая называется и панафриканской, и мировой колтановой. Она унесла жизни около 7 миллионов человек. Я уже упоминала замечательного миллионера Жана-Пьера Бембе, чьи войска ели пигмеев. Я упоминала генерала Лорана Нкунду, который предводительствует Армии Христа. Кажется, это называется «Армия сопротивления Господня». И, вот, если вы захотите причины мировой колтановой, особенно на всяких либеральных сайтах, то вы узнаете, что в эту войну Конго ввергли международные корпорации из-за колтана. И колтан – это тантало-ниобиевая руда, которая используется в микроэлектронике для производства конденсаторов. И, действительно, с появлением Sony Playstation цена колтана на мировом рынке выросла, по-моему, где-то там с 50 до 270 долларов за фунт. 80% мировых запасов колтана сосредоточено в Конго, то есть относительно колтана Конго является сверхдержавой сырьевой.

И, к сожалению, этой занимательной теории вины корпораций противостоит банальная правда жизни, которая заключается в том, что если завтра Конго исчезнет с лица земли, то с микроэлектроникой ничего не произойдет. Ну, конденсаторы станут стоить там на 5 центов дороже и будут весить на 5 граммов большей.

А, вот, если исчезнет микроэлектроника, то как раз, там, всяким миллионерам, каннибалам, колдунам, которые ходят по воде, бунтовщикам во имя Христа, им придется туго. У них не будет денег, чтобы покупать оружие, с помощью которого они заставляют население рабским трудом добывать им этот самый колтан. При этом эта добыча ведется самыми примитивными способами.(Здесь Латынина неплохо описала механизм зарождения и функционирования переферийного государства, если колтан заменить зерном, а пигмеев - русскими крестьянами, то получим феодальную усобицу и закрепощение крестьян)

Там нельзя даже вложиться в нормальные рудники, потому что добычу ведут вручную, это адский труд, там, ценою 1 доллар в день. И почему это происходит? Именно потому, что в Конго капиталом являются не деньги. В Конго капиталом является насилие, в нем есть группы интересов. Полевые командиры, которые обладают этим капиталом, они заинтересованы, прежде всего, в сохранении собственного могущества. И только в условиях абсолютной нищеты, абсолютного бесправия населения может существовать такая ситуация, при которой колтан добывается фактически бесплатно. И чтобы гарантировать себе бесплатный доступ к колтану, полевой командир должен гарантировать бесправие и нищету. При этом обращаю внимание, что совершенно не важно, кем изначально является этот полевой командир, миллионером, там, или племенным колдуном.

Что такое Чингисхан, разрушивший значительную часть царств, которые он завоевал? Причем, просто разрушивший? Вот, Афганистан, который до завоевания Чингисхана, был страной богатых городов и плодородных долин, превратился после завоевания Чингисханом в бесплодную пустыню, в страну бесплодных пустынь и гор. До завоевания Чингисханом Афганистан завоевывали все – Александр Македонский, эвталиты, кому не лень. После завоевания Чингисханом не завоевывал никто – изменилась сама экология государства. Потому что, я думаю, многие помнят Бамиан, возле которого талибы уничтожили Будду, но не все, наверное, помнят, что вот этот самый Бамиан был задолго до этого уничтожен Чингисханом. И там просто город был вырезан весь, а потом монголы ушли на несколько дней, потом вернулись и они дорезали тех, кто выполз из-под стен после резни, продолжавшейся 3 дня. (кстати некоторую аналогию можно провести и для России, её именно поэтому и не могут завоевать, "экология" страны не европейская)

Итак, эффективность насилия. Если мы посмотрим, мы видим, что все случаи регресса мировой истории, когда рассыпается Римская империя или когда Чингисхан завоевывает что-то и сравнивает дотла, собственно, являются случаями триумфа насилия. Потому что, оказывается, что Римской империи, которая имеет что-то за душой, нечего противопоставить германцам, стихия которых чистое насилие, чистый грабеж. Потому что, оказывается, что оседлым народам нечего противопоставить Чингисхану, который... Ну, что такое, в сущности, кочевники? Ну, в значительной степени тоже такой коммунизм: у тебя нет недвижимости, у тебя есть только возможность... Как там? «Пролетариату нечего терять кроме своих цепей, а приобретет он весь мир». Вот, кочевнику вообще нечего терять, у него даже цепей нету, а приобретет он весь мир.

И, вот, радикальные изменения происходят именно с развитием торгового капитализма, потому что тогда в западноевропейских городах вследствие роста свободы и производства резко увеличивается количество товаров. А в Восточной Европе начинает происходить обратный процесс, а именно паны и помещики – это происходило и в Польше, и в России – они видят новые товары, доставляемые европейскими купцами, они в поисках большего количества денег, необходимого для покупки этих товаров, начинают выжимать последнее из своих крестьян.

Этот процесс называется вторичным закрепощением и парадоксальным образом рост свободы в Западной Европе приводит к уменьшению свободы в Европе Восточной. Потому что на Западе эффективной стратегией становится свобода, а на Востоке эффективной стратегией для правящего класса, для группы интересов стало закрепощение, которое позволяет отнимать у крестьян все больше сырья, которое уходит на Запад в обмен на невиданные в беднеющей стране товары.

Но во всех случаях поток денег используется для того, чтобы товары покупались за границей, а, собственно, население держалось в рабстве, причем не только материальном, но идеологически. Потому что населению внушается о том, что вокруг все враги. И, вот, существенно негативная разница с традиционными обществами заключается в том, что в традиционном обществе любому самому жестокому правителю нужны были, все-таки, собственные ремесленники. А в современном закрытом обществе, где насилие является капиталом, правящая группа интересов не нуждается ни в каких местных самостоятельных инновациях, ремесленниках. Мебель покупает она за границей, телефоны, машины, самолеты, компьютеры, часы, одежду – она все покупает за границей. То есть возникновение любой общественной группы, которая занимается чем-либо другим, кроме как является или рабами, или охранниками, оказывается вызовом режиму.

Дело в том, что, для начала, правда не объединяет людей, людей объединяет ложь. То есть если вы говорите «небо синее», то вы никогда не соберете группу людей, которые готовы убивать и умирать за то, что небо синее. Но, вот, если вы скажете, что небо желтое и что вот это такая тайна, которая известна только избранным, то люди готовы будут за это даже умирать. И я уже использовала этот пример. Я напомню, что я не преувеличиваю, что то, что небо станет желтым после победы – это такой центральный мировоззренческий пункт восстания желтых повязок, которое разразилось в 184 году нашей эры в Китае. И, собственно, они желтые повязки были потому, что они носили вот эти желтые повязки в знак того, что после их победы небо станет желтым.

И, вот, обратите внимание, никто никого не сжег ради утверждения «ведьм нету». Из-за утверждения «ведьмы есть» в Европе опустевали целые области. Никто... Вот, Католическая церковь сожгла Джордано Бруно за утверждение о том, что Земля вращается вокруг Солнца. А за утверждение о том, что Солнце вращается вокруг Земли, никто никого не сжег. Никто никого не убивал за утверждение о том, что сумма квадратов катетов равна квадрату гипотенузы. Зато люди умирали и умирали за то, что бог един в трех лицах, что он не единосущен, что подобонасущен. За атеизм, заметим, люди умирали.

Вот, если у меня что и рождает самые большие претензии к такой религии, которая называется атеизм, так это то, что за ней очень много убивалось и умиралось людей (нетерпимость атеизма мною ранее описывалась, как ни странно это явление говорит об ошибочности атеизма, похоже некие трансцендентные существа в природе есть в наличии, однако они не играют такую роль, как заявляют об этом через своих пророков религии, ну, не нужно создателю вселенной резать в качестве жертвы барана, ну не тот масштаб, а вот, если локальный демон, то жертвоприношения очень кстати).

Потому что, вот, за утверждение о том, что мы ничего не знаем о боге (конфуцианское вполне утверждение), никто никогда никого не убивал.

И получается, что люди гораздо чаще умирают и убивают за ложь, нежели за правду. И одна из причин этого заключается в том, что ложь всегда создает вокруг себя группу людей, для которых ложь выгоднее правды. Причем, это касается и тех случаев, когда эта группа людей правит в обществе, и тех случаев, когда речь идет о достаточно маргинальных группах интересов, которые, вот, просто пытаются извлечь неэкономическое преимущество и навязать свое мнение всем.

Вот, католическому духовенство было жизненно важно утверждать, что именно оно владеет истиной о боге, потому что, ну, в противном случае никто бы не платил им десятину. А, вот, сторонникам теории глобального потепления выгодно утверждать, что оно существует, иначе грантов не будет. То есть группы интересов очень много выигрывают от лжи, а человечество, в целом, проигрывает, но каждый человек проигрывает чуть-чуть. То есть у лжи всегда есть группа интересов, для которой ложь является гарантией их власти. А у правды далеко не всегда группа интересов есть, и именно поэтому ложь нельзя победить с помощью правды.

Правда, бывает, торжествует сама потихонечку. Потихонечку вдруг как-то народ обнаруживает, что, все-таки, Земля вращается вокруг Солнца. Правда не торжествует в результате войны. Ложь можно победить только с помощью другой лжи. Вот, простой пример – Кортес, который запретил человеческие жертвоприношения не из общегуманных, а из христианских соображений. А, вот, когда американцы из общегуманных соображений вторглись в Афганистан, вот они теперь имеют там, что там имеют.

Почему ложь тотальная оказывается наиболее неправдоподобной? Потому что это не столько набор утверждений действительности, сколько это тест «свой-чужой». Вот, человек говорит «Белофинны напали на СССР», значит, он свой.

Есть такая замечательная история, которая случилась в Китае в конце династии Цинь. Там был могущественный евнух Чжао Гао, он привел во дворец оленя и сказал, что это лошадь. И всех, кто возразил, что это олень, Чжао Гао приказал казнить как людей, недостаточно ему верных. То есть Чжао Гао приказывал назвать оленя лошадью не для того, чтобы в это поверили, а потому, что так работает система распознавания «свой-чужой».

Что еще, на мой взгляд, является очень важным? Что любая система лжи – она рано или поздно встает перед необходимостью объяснить мотивы тех, кто с ложью не согласен. И в тоталитарных религиях это объяснение очень простое: раз ты не согласен с тем, что бог един в трех лицах, значит, это внушил тебе дьявол, тебя надо сжечь.

В тоталитарных государствах, опять же, объяснение очень простое. Если ты не согласен с тем, что там белофинны напали на СССР, ты – враг народа, тебя надо расстрелять. То есть это очень важно, что когда дело касается лжи, любая система переходит на личности. Она никогда не опровергает взгляды противника, она стремится дискредитировать его самого.

Глобальное потепление существует, уверяют его адепты. Хорошо, а тогда почему ж такое множество ученых выступает с критикой этого тезиса? Ответ: «Они куплены нефтяными компаниями». То есть... Кстати, это очень интересный момент, потому что, вот, механизмы, которые тоталитарная ложь, не имеющая административной власти, применяет для дискредитации своих противников, как раз очень интересно посмотреть на механизм на примере электронной переписки сторонников глобального потепления, так называемого Климатгейта, которая опубликована в интернете.

Значительную часть этой переписки занимает следующий замечательный фрагмент. Был научный журнал «Climate Research», в нем была опубликована статья астрофизиков Сун и Болионес, в которой, собственно, ставилась под сомнение теория глобального потепления.

Значит, реакция была очень острой. Десятки писем сторонников глобального потепления – это Манн, Джонс, Уигли (ну, вот, столпы) – были посвящены статьи. При этом удивительно: ни в одном письме не обсуждалось ее содержание. Обсуждалось только одно – как наказать журнал за ее публикацию и как дискредитировать ученых. И там совершенно серьезно обсуждалось: вот, давайте мы покопаемся в их биографии, вот они астрофизики, посмотрим, что они писали об астрофизике – может быть, мы сможем назвать их астрологами. То есть это сразу переносит предмет спора с сути проблемы на личность спорящего. Вот, Андрей Илларионов утверждает, что глобального потепления нет. Так, он работает в Институте Катона, который полностью финансируется Exxon Mobil, бесстрашно объясняет в российской печати эколог Андрей Кокорин. Нет, он дружок Путина, который отмывает его нефтяные деньги – это серьезно уже совершенно объясняется в американской печати.

И на первый взгляд эти обвинения абсурдны, легко опровергаемы. То есть легко доказать, что Института Катона за те годы, пока в нем работал Илларионов, не получил ни копейки ни от Exxon, ни любой другой нефтяной компании. Там, по-моему, за несколько месяцев до того, как Илларионов туда пришел, там, вроде бы, Катон получил 20 тысяч долларов грант на что-то совершенно другое. И еще легче доказать, что Андрей Николаевич Илларионов не является нефтяным дружком Путина.

Но парадоксально то, что положение человека, который подвергается подобным обвинениям, оно оказывается довольно безвыходным. Потому что ввязываться в полемику с подобными обвинениями – это уже победа лжи. Вы обсуждаете то, чего не существует. Сам факт обсуждения придает несуществующему статус существующего. А если вы не ввязываетесь в полемику, вы оставляете поле боя за мародером.

Вот, другой замечательный пример из теории глобального потепления. Есть такой человек, которого зовут Фред Сингер. Это один из самых уважаемых астрофизиков США, один из столпов NASA и как раз получился человек противником глобального потепления. И, вот, он написал сотни статей, и среди них есть одна, которая написана в 60-х годах, которая была написана после того как зонды, пролетевшие над Марсом, получили данные, что Фобос и Деймос, спутники Марса – полые. Это просто были неправильные фактические данные, которые потом были исправлены. Данные получены, их надо как-то интерпретировать, и Сингер пишет статью о том, что если эти данные справедливы, то Фобос и Деймос имеют искусственное происхождение. И с тех пор, вот, если вы посмотрите любую статью климатического алармиста про Сингера, там всегда обязательно будет надпись, что, вот, этот астрофизик, который не иначе как тот Сингер, который считал, что Фобос – полый. Ну, это все равно, что называть Ньютона тем идиотом, который увлекался кабалистикой.

То есть еще раз повторяю, вот, любая система лжи – она устроена так, что это систематический метод работы с оппонентами. Найдите случай, когда ваш оппонент ошибся или выдумал свою сомнительную гипотезу, и вспоминайте только об этом.

Еще удивительное обстоятельство, которое, собственно, вытекает из того, что ложь, будучи системой, которая распознает своего-чужого, придерживается исключительно удивительных взглядов. Ложь не боится противоречий. То есть когда для вас главное не факты, а сторонники, то в разное время на разные вопросы вы будете давать разные ответы.

Вот, казалось бы, это все комические примеры, когда их начинаешь разбирать. Но все они, к сожалению, упираются в то, что точно так же, как у насилия невозможно выиграть (в насилии можно только не участвовать), выигрывает тот, кто не участвует в 30-летней войне. Выигрывает тот, кто минимально участвует во Второй мировой – в первом случае Англия, во втором случае Америка. А точно также у лжи оказывается невозможно выиграть, потому что и насилие, и ложь являются обе продуктом групп интересов, которые во все века в течение жизни человечества пытаются с помощью насилия и лжи закрепить свое преимущество и свое право эксплуатировать булочников. И мы видим, что много раз в истории человечества и после разрушения Римской империи, и после завоеваний Чингисхана им это удавалось. Всего лучшего, до встречи через неделю.

Tags: арахноиды, левые, феодальная империя, экономика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments