September 10th, 2010

крокодил

(no subject)

1. Автаркия.

Пусть существует государство, отрезанное от мирового рынка. 100 шахтеров добывает 100 сырья. 100 рабочих из этих 100 единиц сырья производит 100 единиц конечного товара. Допустим, 50 товара идет шахтерам и 50 рабочим. Итого, каждый работающий гражданин потребляет 0.5 товаров. Пусть единица товара стоит 1 рубль, а сырья 0,5. ВВП государства равен 150 рублям, то есть на человека по 0,75 рубля. За эти деньги можно было бы купить 0,75 единицы товаров, но в реальности каждый человек потребляет 0,5 товаров. Куда делось ещё 0,25 товара на душу населения? Они пошли на закупку ресурсов. То есть в такой экономике человек потребляет ресурсов меньше, чем ВВП на душу населения. :)

Этапы цикла
Шахта

Шахтеры

Завод

Рабочие

Нулевой этап
100 р

Шахта добывает 100
сырья
100 сырья - 50
рублей долга шахтерам
+ 50 р долга шахты
100 р

Завод покупает
сырье за 0.5 р

50 р
100 сырья + 50 р

Завод производит из
100 сырья 100 товаров

50 р
100 товара
50 р
Рабочие и шахтеры
покупают товары за 1 р

50 товаров
100 р
50 товаров

Рабочие потребляют товары. Нулевой этап


100 р




Из таблицы видно, что при данных условиях сырье должно стоить в два раза меньше, чем товар. В цепочке возникают долговые обязательства. Чтобы их не возникало необходимо увеличивать денежную массу.

Этапы цикла
Шахта

Шахтеры

Завод

Рабочие

Нулевой этап
50 р 100 р

Шахта добывает 100
сырья
100 сырья
50 р
100 р

Завод покупает
сырье за 0.5 р

50 р
100 сырья + 50 р

Завод производит из
100 сырья 100 товаров

50 р
100 товара
50 р
Рабочие и шахтеры
покупают товары за 1 р

50 товаров
100 р
50 товаров

Рабочие потребляют товары. Нулевой этап


100 р



Как нетрудно заметить, для недопущения нехватки денег необходимо, чтобы у каждого производителя имелись средства достаточные для закупки сырья и выплаты зарплаты. И неважно кто именно имитирует эти денежные средства. В теории их может имитировать сама шахта и сам завод. Если цикл проходит за 1 день, денег нужно одно количество, если цикл происходит за 365 дней, то денег нужно в 365 раз больше. Таким образом, долгосрочные проекты требуют огромного количества накопленных денег. Но откуда они возьмутся, если все товары и сырье поглощается гражданами?

2. Инвестиции
Капиталистическая модель:

А вот откуда. Рабочие не всегда тратят всю зарплату на потребление товаров, владельцы шахты и завода тоже могут выплачивать не все деньги рабочим. Таким образом, в каждом цикле несколько процентов от денежной массы выводится из товарооборота и идут в различные закрома. + накапливаются некоторые нереализованные излишки товаров и сырья. Что произойдет с ценами. Цены полезут вниз. Для сохранения статуса quo данная экономика нуждается в регулярном вливании новых денег. Например, сберегаемая часть дохода всех граждан составляют 5% от товарооборота. Для компенсации этой утечки в каждом новом цикле необходимо эмитировать 5% от денежной массы в предыдущем нулевом цикле.

Затем накопленные средства рано или поздно вкладываются в инвестиционные проекты. Процесс этот медленный. Вначале набирается критическая масса капиталистов, затем идет долгое обсуждение проектов и лишь потом, после тщательного обдумывания капиталисты тратят свои запасы. В условиях модели: автаркия и отсутствие безработицы, деньги можно вкладывать только в повышения производительности труда. Иначе свободных рабочих рук не будет для других проектов.

Другой вопрос, если всем хорошо и все кушают вдоволь, то кто будет тратить свое дополнительное рабочее время для увеличения производительности труда? Ответ – энтузиасты. Да, и при капитализме без этого никуда. Но в реальности капитализм возникал в условиях огромного количества потенциальной раб силы крестьян. Крестьяне могут жить и часто жили натуральным хозяйством. Привлекая дополнительную силу из крестьянства капиталисты отдают им излишки накопленные от недопотребления или перепроизводства товаров, расширяют производительные мощности. Чем больше крестьян, тем проще развиваться экстенсивно, чем меньше крестьян, тем больше развитие будет идти по интенсивному пути, порождая вначале рост производительности труда, а затем и разнообразиt товаров. При экстенсивном пути, шахты и заводы просто множатся без реального роста качества, разнообразия продуктов, соответственно уровень жизни стагнирует, но растет индустриальная мощь и число горожан. Между прочим, именно экстенсивному пути следуют капиталисты, если власти разрешают иммиграцию дешевой раб силы. Вместо роста производительности труда наличие дешевых мигрантов позволяет продолжать развиваться экстенсивно, а не интенсивно. В свое время именно это и погубило экономику римской империи.

Вопрос, почему же тогда все страны не пошли по капиталистическому пути раз он такой прямой и правильный? Ответ прост, потому что есть и другие пути. От капиталистического их отличает доминирование насилия.

Азиатская модель:
В описанной выше экономической системе присутствует амбициозный правитель. Возможно, он хочет блага и процветания своему многострадальному народу, а может быть он просто хочет прославиться в веках.

В один прекрасный момент он решает, что нужно строить новую шахту. Средств у него естественно нет, а те что есть уходят на армию. Но строительство новой шахты требует большого количества средств. Что делать? Ну, не зря же мы кормим армию :)

Вождь с помощью армии изымает накопления граждан, накопления шахт и заводов в некий инвестиционный фонд. Устанавливает зарплату и приглашает крестьян прийти и поработать за эту зарплату. Приходит некоторое количество крестьян, но вождю хочется всего и сразу. Крестьян пригоняют на стройку насильно. В итоге доходит до того, что все ресурсы идут не на зарплату, а на материальный фонд шахты, от этого фонда уж точно нельзя отказаться. Закупается дорогое оборудование, а все граждане, над которыми есть власть вождя, работают на стройке практически бесплатно.

Немного подумав, правитель приглашает в добровольно принудительном порядке и рабочих уже существующих заводов поработать на стройках, так сказать в интересах нации или всех рас вместе взятых. Стройка идет все быстрее, капиталистическим странам такие темпы роста кажутся фантастическими. Вождь радуется, страна набирает мощь, можно и армию побольше теперь себе позволить. Но много власти никогда не бывает. И вот вождь национализирует все предприятия, мобилизовывая их ресурсы на индустриализацию и рост военной мощи. Также деньги вкладываются и в науку, но все плоды от этой науки и поступают, прежде всего, в армию, затем в индустрию, и только потом уже на благо людям. В результате падения зарплат и сужения спроса, часть индустрии с мирных рельс переводится на военные. Страна превращается в огромный трудовой и военный лагерь.

Номенклатура, которая помогает вождю, постепенно тоже втягивается в эту чудовищную машину. Со временем вождь стареет и естественно, а может быть и не очень умирает. На его место приходит более глупый руководитель, он по инерции пытается сохранять традиции вождя, но останавливает репрессии против номенклатуры. Номенклатура медленно выходит из трудового лагеря и живет вроде бы как капиталисты, но внутри трудового лагеря. Аппетиты номенклатуры растут и она уже не хочет тратить огромные ресурсы на вооружения и науку, особенно если завоевать весь мир вождю так и не удалось.

Постепенно номенклатурщики демонтируют трудовой лагерь, делят между собой индустрию. Но индустрия в общем и целом не приносит дохода, так как она заточена не для удовлетворения нужд граждан, а для удовлетворения амбиций вождя и экспансии. Поэтому заводы бывшего лагеря ничего достойного мировому рынку предложить не могут. Индустрия естественно разваливается, немного дышит только ВПК, который из старых запасов может создать конечный продукт для продажи на рынке. Но вскоре ресурсы заканчиваются. Технологические цепочки рвутся, средств для инвестиции нет, так как нет и капиталистов. ВПК также разваливается и не в состоянии произвести даже устаревшее оружие. Вся легкая промышленность и другие производства, производящие товары потребления, уничтожаются сами собой.

Государство стремительно гибнет, номенклатурщики стараются конвертировать индустрию и ресурсы в валюту и сваливают из страны. Единственные отрасли, которые еще могут прожить несколько десятилетий – это добыча сырья и производство низкой степени переработки. Сырьё на мировых рынках и есть сырье. Его всегда будут покупать, правда, по разным ценам. Номенклатурщики, хапнувшие эти отрасли, из страны, не убегают, пока не изношены основные фонды шахт, скважин. Как только в шахты и скважины требуются кап вложения, ребята сливают бизнес и тоже бегут.

Народ, проживший несколько поколений при вожде, и его последователях настолько привык к азиатчине, что крушение трудового лагеря воспринимает как личную трагедию. Рабочие теряют зарплаты, лишаются даже того скудного уровня жизни, который они имели при проживании в лагере. Во всем они обвиняют именно тех номенклатурщиков, которые разрушили лагерь. И хотят возвращения старых порядков, нового вождя, который вновь построит трудовой лагерь, ибо по-другому лагерные люди жить не умеют. Но вождя нет, оставшиеся номенклатурщики почуяв, откуда дует ветер, имитируют повадки вождя, продолжая экономическую политику ненавидимых всеми реформаторов, не трогая номенклатуру, лишь перераспределяя собственности между отдельными кланами. Зомбируют население пропагандистскими приемами времен вождя. Большинство довольно.

Но был и другой путь. Если бы номенклатура думала о народе, хотя бы немножечко, то вероятно мог бы прийти антивождь. Он бы постепенно разрешал частную собственность, приглашал иностранных капиталистов, не ослабляя пропагандистские реляции вождя и продолжая террор номенклатуры.

Но кроме азиатской модели, которая хотя бы на время дает индустриальный рывок существует еще и феодальная модель.

Феодальная модель:
Аристократия имеет право обирать рабочих и шахтеров. Царь опирается на силу феодального войска. Развитие индустрии практически не происходит. Ни один капиталист не может уверенно накапливать ресурсы для инвест проектов. Если горожанин строит фабрику, то вскоре к нему приходят унылые ребята и облагают налогами либо отнимают фабрику. Если все же в каком-то поселении удается сконцентрировать достаточно мощные капиталы, то этот город моментально становится врагом феодалов. Происходят восстания, города либо проигрывают, либо побеждают, ставя над собой вовсе не военную власть, а выборных граждан из своей среды, которые и следят за соблюдением прав человека и капитала. Если следят плохо, то города постепенно опять скатываются в феодализм, если следят хорошо, то индустрия развивается, хоть и медленно. Свободных ресурсов все больше, начинаются регулярные инвестиции в фундаментальную науку, открываются университеты.

Если города проигрывают, феодальная модель может вариться в собственном соку бесконечно долго, пока на их ресурсы не позарятся городские цивилизации. В большинстве столкновений феодальные государства превращаются в колонии, и в перспективе приходят к независимости. Затем начинается новый виток развития по азиатскому либо капиталистическому пути, а некоторые возвращаются к феодализму.
крокодил

Первый успех

Сначала плохая новость. Очередная попытка записать трансляцию с сайта ГД оказалась провалена.

Хорошая новость, благодаря 0lga_marple нашлась одна из трансляций, а именно за 7 сентября, где правительство отчитывалось за пожары.



Скачать 292 Мб
крокодил

Медведезация России

Я не понимаю, чем гордится Медведев, говоря о модернизации России.

В мировой истории модернизация нужна лишь феодальным отсталым государствам. Если нас надо модернизировать, то мы и есть отсталое феодальное государство. Это прекрасно понимают наши заграничные «друзья». А Медведев не понимает. Он приглашает в Россию иностранных гостей и, весело подпрыгнув, сообщает: «Россия модернизируется». И сам доволен, аки пионер после первого секса. А ведь модернизация – это сложный и опасный процесс перестройки феодального общества в капиталистическое. Западные лидеры это понимают.

Во-первых, необходимо понять, что такое модернизация и зачем она нужна. Почему в США не было ни одной модернизации? Почему в Англии никто никого не модернизирует каждые сто лет? А все просто, потому что у них давно построено демократическое общество с капиталистическим способом хозяйствования. А подобный способ хозяйствования САМ развивает технологии. А в феодальных государствах технологии не развиваются. Рано или поздно наступает момент, когда разрыв в технологиях, объеме производства достигает таких значений, что феодальное государство больше не может на равных конкурировать с соседями ни в войне, ни в экономике. И либо оно модернизируется, либо его уничтожают и превращают в колонию.

Мировая история знает множество примеров успешных и провальных. Модернизировать страну пытался Петр Великий, Махмуд II в 1808—1839 в Османской империи, Ататюрк в той же самой Османской империи, Реставрация Мэйдзи в Японии и др.

Как модернизировал Османскую империю Махмуд 2:
Collapse )
И никаикх Сталинов, колхозов. Если ресурсы и изымаются, то с обязательством отдать. Если государство развивает индустрию, то все равно отдает её подросшим капиталистам.

У всех успешных модернизаций была одна цель. Превращение феодального государства в единое буржуазное национальное государство. Когда говорят о национализме всегда в пример приводят Гитлера, но не АтаТюрка, не Японию.

Без перехода к капитализму и буржуазному парламенту модернизированное государство делает короткий рывок вперед, но затем обязательно следует упадок. Модернизация Сталина – это не вестернизация, это азиатская модернизация. За счет населения и во имя всемирной революции.

Замечу, что прогресс в феодальных странах сдерживают весьма определенные круги и сословия. В Османской империи борьба шла с янычарами, духовенством. В Японии врагами буржуазии были самураи и князьки, Петр стремился уничтожить стрельцов и боярское влияние, подчинить церковь государству.

Ну, а с кем будет бороться Медведев? Кто мешает модернизации? Что за класс, сословие? Самое смешное, что Медведев и Ко и есть те люди, что не дают начаться реальной модернизации России, превращению её в нормальное цивилизованное буржуазное национальное республиканское государство. Кто кошмарит бизнес? Кто не дает буржуазии попасть в Парламент? Путин и ФСБ. Вот, они современные самураи, которые будут драться до конца за свои привилегии и право взимать дань с русских рабов.

Ататюрк боролся с сепаратизмом, старался все население Турции сделать турками. Мы же наоборот поощряем нацменьшинства, поощряем нерусскость.

Может быть, Медведев хочет, как японский император уничтожить феодалов, а самому остаться формальным лидером? Нет, во-первых, он дурак, во-вторых, за японским императором стояли силы заинтересованные в создании единого современного капиталистического японского государства. Где у нас подобные силы? Нет их.

Все модернизаторы развивали науку и выбивали церковь из жизни народа и государства. Наш же президент усиливает пропаганду мракобесия в школах. Да какой он модернизатор?

Обычный феодал, сеньор. Путь Медведева и Путина – феодализм. Выживет ли феодальное государство в 21 веке? Нет. Либо оно будет по-настоящему модернизировано, либо будет оккупировано другими государствами.

Другая часть номенклатуры тянет нас в коммунизм-2. Лучше ли этот путь, чем путь Путина? Не знаю, в сортах говна я не силен. Красный проект – проект азиатской модернизации, когда технологически и экономически модернизация есть, но политическая власть остается в руках номенклатуры, более того, чрезмерное вмешательство государства в экономику приведет к повторению истории с СССР. Когда третье поколение номенклатуры захотело жить как на Западе, а не строить и укреплять советский лагерь.